Корабль Партии Регионов раскачивался на высоких штормовых волнах кризиса. Мачты скрипели, снасти, не выдерживая напора ветра, с треском лопались, под ударами водяных валов стонала обшивка. На палубе не было ни одного вахтенного. Время от времени к капитанской каюте из кубрика поднимались, покачиваясь не только от качки, нардепы-матросы, чтобы получить распоряжения капитана или боцмана, но, послушав под дверью, качали головой и спусклись обратно.

Из каюты доносились голоса. Лучший друг капитана, сухопутный богач Ахметов, был не в духе. Его мучили жестокие приступы кризисной болезни. Но в перерывах между ними Ахметов успевал кричать на капитана:

- Ты забываешь, Виктор, чей это корабль! Ты забываешь, кто его оснастил, кто платит чертово жалование твоей чертовой команде! Да половина команды – тоже моя! Ну скажи, почему ты не потопил Юлькин фрегат!?

Капитан, бывалый флибустьер Янукович, кризисный шторм переносил стойко, а вот недовольство Ахметова – гораздо хуже: если бы не этот денежный мешок, команде и в самом деле нечем было бы платить. Он отвечал, пересыпая свою речь солеными пиратскими проклятиями:

- Сотня кальмаров тебе в шахту, Ренат-ага! Неужели ты думаешь, что я хочу погубить корабль? Неужели, тысяча пыжиковых шапок тебе в домну, я выпустил бы живым этот плавучий будуар БЮТ, если бы под пушками не вертелся чертов президентский корвет, сотня пчел ему под кортик! Ему, видите ли, самому хотелось потопить Юльку! Я бы пугнул его парой залпов, а потом принялся бы за Тимошенко – но ты же вечно лезешь на капитанский мостик со своими указаниями, двести сухих мячей в твои шахтерские ворота! Кто мне запретил стрелять в корыто Ющенка? Думаешь, я не знаю, что ты договорился не только со мной, но и с ним? Ющ вертелся под носом моих канониров, закрыв им обстрел, а Юлька между тем крыла ядрами и меня, и его, пять тысяч скрепок ей в систему «Рада»! Ты знаешь, сколько пробоин мы насчитали? Правда, и мы ей попортили суденышко. А Ющенко спит и видит, чтобы мы с Юлькой истекали кровью, а он на всех парусах несся ко второму сроку! Ненавижу!

- Уймитесь, капитан! - вмешался боцман Колесников. – Все знают, что Юща Вы ненавидите не за второй срок, и даже не за первый. Вы просто не можете ему простить, что Ваша красотка Раиса однажды ночью взяла единственную шлюпку да и угребла вместе с картой сокровищ на ющенковский корвет! Лучше бы удрала не она, а этот дешевый клоун Табачник! Не сегодня так послезавтра наш корабль налетит на выборы, и только от умелого рулевого да от оснастки судна зависит, перескочим мы через них, или с дырявым днищем пойдем ко дну. А команда это понимает лучше нас. И утром мы можем недосчитаться матросов.

Капитан взревел, схватился за ятаган, но Ахметов и Колесников повалили его, сунули в руки бутыль рома, и Янукович успокоился.

А в это время на палубе появился матрос Черновол. Когда-то, еще молодым хлопцем, он спрыгнул с борта руховского линкора, проплыл четыре морских мили и вскарабкался на борт регионального парусника, заявив, что мечтает быть пиратом. Теперь он крался по палубе, стараясь не привлекать внимания. Прокравшись к борту, он вздохнул:

- Эх, Раиса… Единственную шлюпку увела. А ведь был штиль, могла бы и на круге уйти, и даже вплавь, как я. Надо же думать о других. А теперь шторм. И как я, спрашивается, буду кувыркаться на волнах? Я уже не ребенок.

Черновол отвязал спасательный круг.

- Счастливо оставаться, Виктор Федорович. Скоро выборы, Вы начнете бросать за борт балласт, и меня бросите первым, я Вас знаю. Так что лучше уж я сам. Кто-нибудь меня подберет, мир не без добрых людей.

Надев круг, Черновол прыгнул за борт.

В этот момент из-за рубки появился каптенармус Грицак. Воровато оглянувшись, он подошел к борту судна.

- Кажется, был всплеск – или мне показалось? А где один круг? Не я один бегу, получается? Интересно, интересно…

И он начал отвязывать последний круг. В этот момент кто-то крепко схватил его за руку. Это был матрос Табачник. Пуская клубы сизого дыма, он спросил:

- Грицак, а ты куда намылился, а? С последним-то кругом?

- Отпусти, Дима! – взмолился Грицак. – У меня ЕДАПС, загранпаспорта, я ж им ворота в мир открываю – а они не ценят. Ну что мне здесь делать?

- А в море тебе что делать?

- А я договорюсь с Симоненко – он здесь со своим баркасом рыбку ловит неподалеку. Водичка, понимаешь, мутная, самое время рыбку ловить. Я ему пригожусь.

- Ты вот что, Грицак, одному бежать – дело стремное. Вместе к Симоненко поплывем. – сказал Табачник.

А тебе-то что? – удивился Грицак.

- Что? Да выборы скоро, всех лишних за борт побросают. А я – в списках. Я под дверью стоял и слышал, что обо мне боцман говорил. Меня – дешевым клоуном обозвал! Я с горя топиться пошел, а тут – ты! Так я лучше с тобой…

Грицак расчувствовался:

- Ну тогда, Дима, держись за круг!

И они вдвоем прыгнули в темноту за бортом.

А к борту все крались и крались новые тени...

Добавить комментарий

Имя: E-mail:

Текст комментария:


 = 

Введите число, изображенное на картинке.